Перейти к основному содержанию

Иногда они возвращаются.

26.02.2023
Опубликовано в Обзоры

Бывший премьер-министр РК, а ныне «оппозиционер» в «зарубежном отпуске», Акежан Кажегельдин, сделал несколько несвежих заявлений на тему возвращения активов, оказавшихся в собственности иностранных компаний: “Нужно обращаться к Токаеву и каким-то образом его поторопить, чтобы наконец-то эта работа началась».

В последнее время, самые разные политики выдают идею пересмотра итогов приватизации чуть ли не как панацею на пути к новому Казахстану. Порой подобная риторика выглядит обескураживающе: люди, сколотившие капиталы в 90-е, сегодня заговорили про возвращение тех же капиталов народу. Звучит справедливо, на первый взгляд. А если присмотреться, то напоминает выражение “пчёлы против мёда”. 

В одном из своих интервью господин Кажегельдин сразу же предусмотрительно озвучил, что оппозиционеры в изгнании являются союзниками действующего президента:

Как ни удивительно, мы являемся союзниками нынешнего президента Токаева. В той части его программы, которую он объявил, как национальный возврат активов, капиталов, собственности, приобретенной за счет эксплуатации этих активов”.

Как слышишь слово “эксплуатация”, рука так и тянется взяться за “маузер”... и  дописать “эксплуатация рабочего класса”. Впрочем, подобный слог товарищу Кажегельдину наверняка хорошо знаком: за плечами у него служба в КГБ, учёба в профильной  Высшей школе КГБ СССР им. Ф. Э. Дзержинского, а также работа на ответственных партийных должностях в советском тогда еще Семипалатинске. Ну, а во времена падения СССР вчерашние строители коммунизма стали строить бизнес-империи. Не стал исключением и Акежан Кажегельдин. В 1987-1989гг. мы застаем его в Москве, где он представляет кооператив “Созидатель”. А уже в начале 90-х он созидает в должности генерального директора: сначала Семипалатинского комбината по промышленной обработке строительно-декоративного облицовочного камня, затем АО “Томан”, а потом ФПГ “Семей”. Поход в бизнес был стремительным, но вот об успехах господина Кажегельдина из открытых источников известно не так много. Можно привести разве что несколько воспоминаний:

“За тот краткий период, что Кажегельдин представлял интересы "Созидателя" в Москве, он не сделал никакого реального дела и, соответственно, ни разу не получил от кооператива каких-либо денег за свою, если ее можно так назвать, коммерческую деятельность”, - в сети сохранилась такая характеристика от руководителя того самого московского кооператива “Созидатель” Александра Лукина. А вот ещё приводят слова бывшего руководителя Павлодарской области Галымжана Жакиянова. В начале 90-х они с Кажегельдиным, якобы, были бизнес-партнерами:

«Мне трудно представить, когда и где г-н Кажегельдин мог заработать свои миллионы долларов... все мы жили более чем скромно. В том числе и Кажегельдин. Поэтому объяснить произошедшие с ним в последние годы метаморфозы, сделавшие его сказочно богатым человеком, достаточно сложно...».

К метаморфозам ещё вернемся, а сейчас обратимся к репликам Кажегельдина. Вот он говорит про национальные компании республики, “приобретённые зарубежными инвесторами спорным путём”. Вердикт бывшего премьера: “эти активы так и не стали точками роста, следовательно должны быть возвращены в руки государства”. И снова знакомая советская риторика в духе “всё отнять и поделить”. Бесспорно такие прямолинейные экономические решения ласкают слух обывателя. Пожалуй, мало какое слово так раздражает граждан постсоветского пространства, как “приватизация”. А может вспомним, кто приложил к ней руки в Казахстане.  

Акежан Кажегельдин возглавил правительство республики в 1994 году. До этого он занимал пост первого вице-премьера. В то время в Казахстане запустили в оборот национальную валюту – тенге. Нужно было как-то поднимать экономику и пополнять бюджет страны. Решение было найдено — продать крупные предприятия инвесторам. 

Акежан Кажегельдин принял дела от бывшего главы кабмина Сергея Терещенко. Новый премьер подавал надежды, выглядел политиком энергичным и решительным. 

Он “был силен неординарностью мышления, смелостью в своих рассуждениях, самостоятельностью в принятии решений. Этим он привлекал и подкупал. И в общении с международными организациями он чувствовал себя равным. Другое дело, что потом это ему застило глаза”, – так описал своего преемника господин Терещенко.

В начале 1994 года в Казахстане стартовала распродажа ключевых предприятий горнодобывающей отрасли. Приватизация проходила, так же, как у нашего северного соседа России — не привлекая внимание общественности. Должность главы правительства в то время, напомним, занимает Акежан Кажегельдин. А сейчас снова перенесемся в наши дни. Из интервью Акежана Кажегельдина:

Эти богатые люди, они, в том числе, внедряли своих в систему власти, и многие из них даже если не имели никакого отношения присвоению, к хищениям, они всё равно чувствуют себя виноватыми…. И в связи с этим, правильно возникает вопрос: давайте проведем расследование, давайте проверим, что произошло…

Давайте проверим. Хотя, как известно, «главное, в ходе следственных действий не выйти на самих себя». Вот как описывает события 1994 года “Новая газета в Казахстане”: “Пока стратегические предприятия сырьевого сектора республики с экспортоориентированным производством переходили к иностранным компаниям, глава правительства, Кажегельдин, настоял на отмене ряда льгот пенсионерам, продавил повышение пенсионного возраста, в аулах исчезли ФАПы (фельдшерско-акушерские пункты) и ветеринары, однако самым главным его «коньком» стала приватизация”.  

Именно на пике карьеры нашего «изгнанного оппозиционера» крупнейшие производственные и промышленные активы страны переходят в собственность иностранных компаний. Вот лишь некоторые: магистральные трубопроводы и энергосистемы Алматы – “Трактебелю”, хромовые залежи – “Джапан хром корпорейшн”, Соколовско-Сарбайский ГОК, Павлодарский алюминиевый завод и корпорация “Казхром” (Донской ГОК, Ермаковский (Аксуский) и Актюбинский заводы ферросплавов). 

Как описывают эксперты, за передачей предприятия в управление следовал выкуп контрольного пакета акций. Стоимость этих предприятий занижалась в десятки раз по сравнению с реальной. Составлялись контракты, в которых у инвестора не было четких и ясных обязательств. А сами тендеры проводились в спешном порядке. 

Но провернуть приватизацию по-тихому не получилось. Скандальные подробности сделок просочились в СМИ. Правительственных чиновников начинают обвинять в коррупции и в пренебрежении национальными интересами страны. В конечном итоге этот резонанс стоил Кажегельдину кресла:  “Он – часть системы коррупции” - скажет насчёт опального премьера Пётр Своик - ныне оппозиционер, а с 1993 по 1996 год председатель Государственного комитета Республики Казахстан по антимонопольной политике. 

Вот маленький пример. Как ТЭЦ в Экибастузе оказался в руках у известного частного лица, - говорит Кажегельдин - Вы понимаете, основные активы уже были распределены, все эти люди думали, где еще можно заработать. А заработать можно в таких городах, где есть много рабочих мест и оплачиваемые услуги”. Все это он вспоминает в 2022-м. Хорошо, что бывший премьер вспомнил Экибастуз — город, ставший горьким символом изношенности энергосетей в Казахстане. А давайте теперь погрузимся в историю. Июнь, 1996 года. Не тогда ли, в бытность премьера Кажегельдина, была приватизирована Экибастузская ГРЭС-1 — крупнейшая тепловая электростанция в республике  При оценочной стоимости 23,7 млрд тенге она была продана в ходе закрытого тендера американской компании AES голландским методом по цене 100 млн тенге.

С 1997 года в группу компаний AES в Казахстане вошли Шульбинская ГЭС, Усть-Каменогорская ГЭС, Усть-Каменогорская ТЭЦ, Согринская ТЭЦ, “Шыгысэнерготрейд”, “Восточно-Казахстанская распределительная энергетическая компания”, “Усть-Каменогорские тепловые сети”, компания-трейдер “Нурэнергосервис”. Акежан Кажегельдин освободил пост премьер-министра в октябре 1997 года. Но приватизационный маховик уже был отлажен и работал на полную катушку. Приватизация шла по отработанной схеме: “с уходом премьера узкая тропиночка, выложенная для иностранцев, стала постепенно широкой, столбовой магистралью (“НГ в Казахстане”).

А теперь выводы. Иногда случается, что политические эмигранты (а господин Кажегельдин покинул страну в 1997 году) в каком-то смысле теряют чувство реальности и связь с Родиной, порой они меняют свои взгляды, а бывает и так, что забывают детали собственной политической биографии. Вот и бывший премьер-министр говорит, что “готов двумя руками голосовать за возвращение активов, потому что деньги нужны стране, и это вопрос справедливости”. Когда речь заходит о справедливости, спорить вообще не хочется. Но ради сохранения всё той же справедливости, нужно помнить историю страны (к тому же недавнюю), как и имена тех, кто её творил. В том числе, и историю казахстанской приватизации. Кажется, фамилия Кажегельдин там стоит на отдельном пьедестале. Немного неловко слышать призывы пересмотреть итоги приватизации от её же проводников. Что это — проделанная работа над ошибками? Или же попытка построить образ борца за народные чаяния, и встроиться в текущий политический тренд? А что мешало отстаивать национальные интересы и не продавать государственные активы зарубежным компаниям в бытность нахождения в системе власти?  

Ответственность за собственные решения, в том числе промахи — то, что выгодно отличает любого политика. Даже совершившего ошибку, если человек не покидает страну, можно когда-нибудь простить. Вот только в своих интервью господин Кажегельдин ни словом не обмолвился про связь с приватизационными процессами в Казахстане. Но и это можно понять, вдруг что-то с памятью случилось. Но вот во что совершенно нельзя поверить, так это в то, что человек, который в 1989 году закончил Алма-Атинский институт народного хозяйства по специальности «экономист», долгое время живущий в Европе, опытный управленец и бизнесмен, а также обладатель ордена “Парасат” не знает, что значит для всего цивилизованного мира понятие «институт частной собственности». Он свят и незыблем. А если открыть охоту на ведьм в лице зарубежных компаний, то не разбегутся ли инвесторы? Не испугаются ли они большевистских лозунгов и популистских спекуляций? Инвестиции любят гарантии и предсказуемость. А на лозунгах в духе “грабь награбленное” — деньги в экономику не заманишь и “Жана Казахстан" никогда не построишь.

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии