Перейти к основному содержанию

Столетняя война продолжается. Кампании Генриха V. Часть 14-я. Возврат к исходной точке противостояния.

15.05.2024
Опубликовано в Общество

Продолжение. Предыдущую публикацию можно прочесть ЗДЕСЬ.

Утром 23 ноября 1415 года Генрих V возвратился в Лондон. Ликующие жители и гости столицы устроили своему монарху небывалую по размаху и затратам пышную и торжественную встречу. По сведениям ряда хронистов, праздничные гуляния и мероприятия были столь помпезными, как будто англичанами уже была одержана окончательная победа в Столетней войне.

Торжественная встреча короля была превращена лондонскими властями в дорогостоящее театрализованное шоу, исполненное в античном стиле. Когда Генрих V, облаченный в пурпурные одеяния, въехал со своей свитой на Лондонский мост, его под звуки труб и фанфар приветствовали две исполинские фигуры – гиганта и гигантессы, воздвигнутые на вершине мостовой башни.

Статуя гиганта, вооруженного боевым топором, протягивала правой рукой своей огромную связку ключей. Этот жест символизировал, что отныне Генрих V не только единственно законный и признанный всеми король Англии, но и хозяин исконных английских владений во Франции. На статуе имелась надпись следующего содержания: «Гигант был слишком мрачен на вид, чтобы учить французов учтивости».

Никогда прежде, по определению многих хронистов, столь многочисленная, шумная, ликующая и рукоплещущая процессия не сопровождала ни одного короля Англии от Лондонского моста до самого Вестминстера. По оценкам средневековых и современных историков чествовать Генриха V в тот день собралось от 10 до 15 тысяч человек – практически всё взрослое население тогдашнего Лондона.

Во главе этой торжественной процессии за свитой своего государя следовал столичный мэр с представителями местного муниципалитета, а за ними двигались представители дворянства, самые знатные купцы, члены торговых гильдий и главных мануфактурных цехов со знаменами и штандартами. По воспоминаниям очевидцев, Лондонский мост едва просматривался из-за обилия флагов и триумфальных арок, которые украшали путь Генриха V до самого собора Святого Павла.

У въезда на мост, помимо статуй, монарха встречало полотнище (или, выражаясь современной терминологией, баннер), украшенное очередной льстивой надписью: «Город короля справедливости». На середине Лондонского моста были установлены две высокие колонны из мрамора и яшмы. Одну из них венчала золотая антилопа со щитом, на котором был нанесён герб династии Плантагенетов, а на второй установили фигуру золотого льва, в лапах которого были державный жезл и королевский штандарт.

Как только Генрих V миновал статую Святого Георгия, облаченного в доспехи, из близлежащих домов зазвучали хвалебные гимны в честь монарха-победителя, которые исполняли хористы и хористки в костюмах ангелов с позолоченными крыльями. Далее английского правителя приветствовали седоволосые служители церкви в золотых ризах, распевая гимны и псалмы.

Когда Генрих V проезжал по Чипсайду – самой богатой и главной столичной улице, ему навстречу вышли лондонские патриархи в дорогих одеяниях, изображавших двенадцать апостолов и двенадцать самых знаменитых английских королей. Пропев псалом ликования, они преподнесли монарху хлеб, завернутый в серебряные листья, и вино. Это действо изображало библейскую сцену чествования царя Авраама после его победы над четырьмя царями.

Красочное и подробное описание кульминации торжественной церемонии, проводившей исторические параллели между знаменитым вступлением Александра Македонского в покорившийся ему Вавилон и четверным триумфом Гая Юлия Цезаря с нынешними воздаяниями почестей и славы Генриху V, находим у британского историка Десмонда:

«За перекрестком на Чипсайде из дерева был построен настоящий замок с причудливыми башенками и крепостными валами. Из него поприветствовать Генриха вышли прекрасные девы и принялись пред ним танцевать и петь, подыгрывая себе на тамбуринах. Девы по-английски пели "Добро пожаловать, Генрих V, король Англии и Франции", осыпая монарха листьями лавра и золотыми монетами, затем они начали исполнять "Те Deum".

Башня последнего акведука перед собором Святого Павла была украшена нишами, в которых стояли "особенно юные девы", держа в руках золотые кубки, откуда они осторожно сдували на проезжавшего мимо короля золотые листочки. Затем монарх спешился и вошел в собор, чтобы во главе восемнадцати разодетых прелатов отслужить мессу (обедню) благодарения»[1].

После долгой службы в соборе король направился в Вестминстерское аббатство, чтобы стать участником ещё одной мессы, которая проводилась в усыпальнице Эдуарда Исповедника. Куда бы ни направлялся монарх в тот достопамятный день, повсюду Генриху V и его свиту встречали восторженные толпы горожан, запрудивших улицы Лондона.

Сам Генрих V за всё время своего чествования, а торжества длились около пяти часов, ни разу не улыбнулся, хотя периодически приветствовал своих подданных и простой народ. Внешний вид монарха был сосредоточенным, отрешенным, собранным и задумчивым, как и в день его коронации. Король в своей короткой речи вновь подчеркнул, что победа принадлежит не ему, а дарована ему Господом. Когда придворные сановники предложили выставить на всеобщее обозрение доспехи и шлем государя, в которых он сражался против французов при Азенкуре, английский правитель категорически запретил это делать.

Конечно, Генрих V был рад своей эпохальной победе и доволен тем, как чтят его подданные, воздавая ему должную славу и восхищение. Однако торжества, всеобщее веселье и ликование скоро окончились, уступив место привычному и повседневному ритму жизни. Королю впору было призадуматься о том, чего он реально достиг за прошедшую кампанию?

Ему удалось захватить Арфлёр и разгромить французскую армию у Азенкура, оплатив эти успехи ценой жизни почти 3000 своих воинов. Однако даже недееспособному Карлу VI, вновь впавшему в пучину галлюцинаций и помешательства, было вполне по силам собрать ещё одно большое войско, а также отправить в важнейшие французские города надёжные и сильные гарнизоны.

Жан II Бесстрашный – могущественный и влиятельный герцог Бургундии пока соблюдал договоренности о нейтралитете. Однако в битве при Азенкуре он лишился двух своих братьев – Антуана Бургундского, герцога Брабантского, и Филиппа II, графа Невера, а потому было не ясно, как поведёт себя Бесстрашный Жан в нынешней ситуации, когда многие видные представители партии «арманьяков» погибли на Азенкурском поле или оказались в английском плену.

Бургундский герцог, действительно, заметно активизировался, двинув в конце ноября свою армию на Париж, где находились невменяемый Карл Безумный и тяжело больной дофин Луи (Людовик). Жан Бесстрашный намеревался захватить столицу Франции, а затем объявить себя главным защитником недееспособного короля, то есть фактически стать регентом с неограниченными полномочиями.

Пока Жан II стягивал свои войска к Парижу, в самой столице произошли важные события. 18 декабря скончался дофин Луи. В могилу его свела тяжёлая простуда (возможно, пневмония), к которой присоединилась вездесущая дизентерия. Новым наследником престола был объявлен четвёртый сын Карла Безумного – 17-летний Жан, герцог Турени. Он приходился родственником герцогу Бургундии, будучи женатым на его родной племяннице.

Чтобы Париж не достался коварному, двуличному и беспринципному правителю Бургундии, придворные представители партии «арманьяков» сделали всё возможное, чтобы в короткий период своего «просветления» Карл VI сделал важное военное и политическое назначение. 30 декабря 1415 года коннетаблем Франции (де-факто верховным главнокомандующим королевскими войсками), согласно королевскому указу, стал влиятельный граф Бернар VII д’Арманьяк.

Спустя несколько дней Карл Безумный ещё более упрочил новый высокий статус коннетабля, назначив его «верховным капитаном всех городов и крепостей Французского королевства», а затем поручив ему контроль за управлением, расходованием и сбором финансов. Бернар д’Арманьяк перед собой видел две первостепенные задачи – защита Парижа от посягательств герцога Бургундского и изгнание англичан из Арфлёра.

Первым делом коннетабль провёл добровольно-принудительную мобилизацию парижан, быстро создав путём жёстких, а порой и карательно-репрессивных мер несколько отрядов самообороны – неплохо обученных и достаточно экипированных. Эти отряды значительно усилили численность столичного гарнизона.

Чтобы пополнить пустую казну, граф д’Арманьяк добился введения новых налогов и податей, которые пошли на создание новой армии. Коннетабль для скорейшего восстановления военной мощи Франции не гнушался преступать закон, идти на подлог и самые непопулярные меры. Так, он привлёк фальшивомонетчиков к чеканке низкопробных серебряных монет, содержавших различные примеси и имевшие вес меньше требуемого стандарта. Бернар VII реквизировал в некоторых столичных приходах и аббатствах серебряную церковную посуду, которая также пошла на переплавку и изготовление монет.

В кратчайшие сроки обороноспособность Парижа значительно повысилась, а столичный гарнизон усилился и возрос. В городах и провинциях, признававших власть короля, шёл сбор новой армии. В этих условиях и в разгар зимы Жан Бесстрашный предпочёл удалиться обратно в свои владения, выжидая более благоприятного момента для осуществления своих замыслов.

Отразив бургундскую угрозу, коннетабль, доведя численность своих сил до 6000 человек, в марте 1416 года начал кампанию по изгнанию англичан из Арфлёра. Несмотря на достаточно обширный боевой опыт, диктаторский склад характера и высокие административные способности, граф д’Арманьяк не был выдающимся и удачливым полководцем.

Ему не удалось нанести поражения Томасу Бофорту, графу Дорсету, который руководил обороной Арфлёра. Англичане более чем в два раза числено уступали противнику. Под началом Томаса Бофорта имелось 900 латников и тяжеловооружённых воинов, а также 1500 лучников. Несмотря на свои ограниченные силы и возможности, граф Дорсет своими активными, решительными, смелыми и нестандартными действиями не только избежал нескольких ловушек, приготовленных французами, но и сам в течение трёх дней – с 11 по 13 марта нанёс нескольким вражеским кавалерийским отрядам ощутимое поражение в битве у селения Вальмон.

Английский командующий не дал противнику полноценной возможности приступить к осаде Арфлёра с суши. Более того, конница Бофорта периодически совершала дерзкие и стремительные рейды по окрестным французским селениям, практически всегда возвращаясь с продовольствием, которого вечно недоставало, а также с другими трофеями и военной добычей.

Коннетабль был человеком крайне упорным и целеустремленным, который не привык отказываться от намеченных планов и целей. Пока продолжался сбор войска и формирование осадного парка, Бернар д’Арманьяк на казенные деньги нанял боевые корабли с экипажами из Генуи и Кастилии. Совершив при помощи иностранных наёмников несколько «пробных» грабительских налетов на Портсмут и побережье острова Уайт, граф д’Арманьяк в июле приступил к масштабной морской блокаде Арфлёра.

Генрих V быстро и оперативно отреагировал на эту серьёзную угрозу. На выручку полностью блокированному со стороны моря Арфлёру был направлен мощный флот, состоявший из 100 (по другим сведениям – 70) кораблей различных классов, типов и водоизмещения. Общая численность абордажных экипажей составляла 3000 латников и 4000 лучников. Командовал эскадрой младший брат короля – Джон Ланкастер, герцог Бедфорд.

15 августа 1416 года практически у самого устья Сены состоялось масштабное морское сражение между английским и французским флотами. Всего для морской блокады Бернар д’Арманьяк собрал порядка 150 кораблей, включая генуэзские и кастильские суда. Возглавлял союзную эскадру адмирал Гийом де Монтена.

Если верить сведениям хронистов, то морская баталия длилась семь часов. Со времён достопамятной битвы у бухты Слёйс в тактике ведения сражений на открытой воде практически ничего не изменилось. Противоборствующие флотилии сходились на дистанцию полёта стрел, арбалетных болтов и других метательных снарядов, после чего начиналась перестрелка. Далее следовало сближение вплотную, суда брались на абордаж и начинались повсеместные рукопашные схватки на палубах сцепившихся кораблей.

Английские лучники в очередной раз продемонстрировали своё превосходство при правильном использовании в ближнем бою над французскими и генуэзскими арбалетчиками. Союзные капитаны и их команды сражались отчаянно, но в итоге флотилия Гийома де Монтена была рассечена на несколько изолированных частей, разбита и рассеяна.

Англичане потопили четыре больших генуэзских парусника и около десятка более мелких французских судов. Ещё четыре кастильские карраки были захвачены в качестве трофеев. Эскадра герцога Бедфорда лишилась двух десятков маломерных судов и 100 человек. Потери среди членов экипажей выглядят явно заниженными, учитывая длительность боя и количество потерянных англичанами кораблей. Людские потери французов и их союзников хронисты определяют в 1500 погибших и утонувших.

Крупное поражение на море и окончательно сорванная попытка отбить Арфлёр у англичан сильно подорвали авторитет коннетабля, а также веру в его полководческие возможности и дарования. Генрих V сожалел, что не принимал участия в битве близ устья Сены, но у короля английского была уважительная причина для отсутствия.

В это же самое время – в середине августа правитель Англии принимал высокопоставленного гостя Сигизмунда I Люксембургского – короля Германии и Венгрии. Этот будущий король Чехии и император Священной Римской империи в своей внешней политике видел две главные задачи. Во-первых, он стремился окончательно покончить с Великим папским расколом, для чего в ноябре 1414 года созвал Вселенский церковный собор в Констанце.

Во-вторых, Сигизмунд надеялся поскорее примирить Францию и Англию, чтобы обе эти страны вошли в коалицию европейских держав для борьбы против еретиков и Османской империи, вступившей в пору своего расцвета и могущества. В историю Сигизмунд Люксембургский вошёл как монарх, который вероломно арестовал Яна Гуса, нарушив обещание о предоставлении неприкосновенности, а затем способствовал его осуждению на страшную и мучительную смертную казнь путём сожжения на костре.

Германский император провёл в Лондоне более четырёх месяцев. Английский король предоставил ему для проживания Вестминстерский дворец. Монархи нашли общий язык, став, если не друзьями, то хорошими товарищами. Будучи человеком набожным и религиозным, Генрих V охотно подержал начинания Сигизмунда, послав своих церковных представителей для участия во Вселенском церковном соборе.

В день победы английского флота у устья Сены – 15 августа король Англии и император Германии подписали Кентерберийский договор, в большей степени направленный против Франции. Согласно его положениям, Генрих V и Сигизмунд I обещали друг другу оказать всемерную поддержку в возвращении любых территорий, удерживаемых французской короной.

Отныне подданные обоих правителей имели возможность свободной торговли и перемещения по территориям обеих держав. Монархи договорились, что ни никто из них не будет укрывать в своих владениях предателей или мятежников другой стороны. Кроме того, правители Англии и Германии обещали помощь друг другу, если одно из государств подвергнется нападению извне.

Сигизмунд Люксембургский поддержал притязания Генриха V на «исконные английские владения», входящие в состав Франции. Германский император попытался организовать в качестве главного посредника трехстороннюю встречу в Кале с участием короля Англии, герцога Бургундии и дофина Жана (Карл Безумный вновь был невменяем) для обсуждения текущего положения дел, а также мирного урегулирования накопившихся разногласий, претензий и противоречий.

Идея была хорошей, но изначально все три стороны не желали идти на какие-либо существенные уступки, не доверяя друг другу даже в мелочах. Бернар д’Арманьяк отговорил дофина от участия в переговорах «большой тройки», считая, что данная встреча лишь предлог, чтобы заманить наследника французской короны в ловушку и пленить его.

В конечном итоге в сентябре 1416 года в Кале встретились Генрих V, Жан II Бесстрашный и Сигизмунд Люксембургский. Причём, последний играл роль церемониального посредника, поскольку основные переговоры велись между королём Англии и герцогом Бургундии.

После нескольких недель открытых светских раутов и приватных бесед «тет-а-тет» Жан Бесстрашный согласился признать Генриха V своим сюзереном, если тот официально будет провозглашён королём Франции. Бургундский правитель также признал законными территориальные притязания английского короля. В свою очередь, Генрих V гарантировал своё полнее невмешательство во внутренние дела Бургундии, обещая уступить ей Шампань и Пикардию в случае раздела Франции.

Таким образом, к концу 1416 года Генрих V добился определенно больших и весомых успехов на политическом и дипломатическом поприще. Теперь, когда на стороне английского короля были германский император и герцог Бургундии, казалось, что участь правящей династии де Валуа и самой Франции, как единого и могущественного государства, предрешена.

Однако Карл Безумный и инфантильный дофин Жан, находившиеся под строгим присмотром и опекой коннетабля, не собирались расставаться со своим статусом законных и наследных правителей Французского королевства. Не желали переходить под власть английского монарха ни французская знать, ни высшая аристократия, ни тем более духовенство, городские буржуа, третье сословие и крестьянство.

Трудная и победоносная кампания 1415 года, завершившаяся триумфальной победой при Азенкуре, оказалась напрасной тратой денег, времени и жизни английских солдат (исключением можно считать захват Арфлёра). Поверженную, деморализованную и раздираемую на части затяжными внутренними политическими конфликтами Францию Генриху V предстояло завоёвывать длительно и по частям, осаждая города и крепости, захватывая провинции – одну за другой.

[1] - Сьюард Д. Генрих V / Пер. с англ. Т. Н. Замиловой. – Смоленск: «Русич», 1996. С. 159-160.

ПОЛНОСТЬЮ ПРОЧЕСТЬ ПУБЛИКАЦИИ ЦИКЛА «Столетняя война продолжается. Кампании Генриха V» МОЖНО ЗДЕСЬ:

Часть 1-я. Шаткое равновесие нарушено.

Часть 2-я. Подготовка к вторжению.

Часть 3-я. Жребий брошен.

Часть 4-я. Осада Арфлёра.

Часть 5-я. По стопам знаменитого прадеда.

Часть 6-я. Все дороги ведут к Азенкуру.

Часть 7-я. Битва при Азенкуре. Хмурое утро.

Часть 8-я. Битва при Азенкуре. Травля французского зверя.

Часть 9-я. Битва при Азенкуре. Кровавые миражи Креси и Пуатье.

Часть 10-я. Битва при Азенкуре. Вопреки всем преградам, смерит и здравому смыслу.

Часть 11-я. Битва при Азенкуре. Кульминация бойни в грязи.

Часть 12-я. Битва при Азенкуре. Реквием по французскому рыцарству.

Часть 13-я. Битва при Азенкуре. Победители и побежденные.

Часть 14-я. Возврат к исходной точке противостояния.

Часть 15-я. И снова к берегам Нормандии!

Часть 16-я. Покорение Кана.

Часть 17-я. Грозная поступь непобедимого завоевателя.

Часть 18-я. Падение Руана.

Часть 19-я. Примерка французской короны.

Часть 20-я. Медовый месяц с мечом в руке.

Часть 21-я. Третья экспедиция во Францию.

Часть 22-я. Последняя победа.

Часть 23-я. И короли бывают внезапно смертны.

Часть 24-я. Наследник и наследие.

Все изображения, использованные в статье, взяты из открытых источников яндекс картинки https://yandex.ru/images/ и принадлежат их авторам. Все ссылки, выделенные синим курсивом, кликабельны.

Всем, кто дочитал эту статью, большое спасибо! Отдельная благодарность всем, кто оценил изложенный материал! Если Вы хотите изложить свою точку зрения, дополнить или опровергнуть представленную информацию, воспользуйтесь комментариями. Автор также выражает искреннюю признательность всем, кто своими дополнениями, комментариями, информативными сообщениями, конструктивными уточнениями, замечаниями и поправками способствует улучшению качества и исторической достоверности публикаций.

Если Вам понравилась статья, и Вы интересуетесь данной тематикой, а также увлекаетесь всем, что связано с военной историей, то подписывайтесь на мой канал! Всем удачи, здоровья и отличного настроения!

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии